Очнувшись в невесомости, Райленд Грейс не мог вспомнить даже собственного имени. Перед глазами плыли приборные панели, мигали индикаторы, а в памяти — лишь пустота. Корабль, тихо жужжавший системами, казался огромным металлическим коконом, затерянным в темноте. По обрывкам записей в судовом журнале, по пустым каютам и замолкшим каналам связи он медпенно собрал картину: экспедиция к Тау Кита, последняя надежда землян, катастрофа дома... И, судя по всему, он остался здесь один.
Но одиночество — понятие относительное в глубинах космоса. Райленд, опираясь на отрывочные знания по астрофизике и инженерии, начал восстанавливать контроль. Каждый шаг давался с трудом, каждая проверка системы напоминала: выживание зависит от его расчётливости и упрямства. И всё же временами ему казалось, что в мерцании датчиков или в едва уловимом изменении траектории скрывается нечто большее, чем просто работа автоматов. Возможно, ему не суждено проделать этот путь в полном одиночестве.